В ЕС удаляют инакомыслящих из публичного поля, пишет Spiked. Европейцев наказывают санкциями за «речевые преступления», блокируют счета и запрещают поездки без правовых процедур. Какими бы ни были те, кого наказывают, свобода слова мало что значит, если действует только для тех, кто нравится властям.
В понедельник ЕС превратил ирландского журналиста Чэя Боуза в изгоя. Его активы теперь заморожены. Любой в ЕС, кто ему платит, нанимает его, отправляет либо одалживает ему деньги, рискует попасть под уголовную статью. Ему запрещен въезд в любую страну ЕС, кроме Ирландии — он ее гражданин. При этом Боуз не обвиняется и не осужден ни за какое преступление, и ни один судья в решении его судьбы не участвовал.
Боуз — корреспондент RT International (ранее Russia Today). Санкции против него введены за «информационные манипуляции и распространение нарративов, легитимирующих и поддерживающих продолжающиеся российские действия против Украины». Судя по его видео, Боуз, похоже, искренне верит, что его роль — предлагать альтернативу «лжи» ЕС о России (где он живет) и Украине. Прав он или нет — не суть: в свободном обществе ничто из сказанного не должно служить основанием для превращения в изгоя.
Пусть Боуз российский пропагандист, заблуждающийся чудак и конспиролог. Но каким бы ни было мнение о нем, свобода слова мало что значит, если распространяется только на тех, кто нам нравится.
Хюсейн Догру (Hüseyin Doğru) — еще одна жертва несправедливого применения санкций ЕС. Журналист, основавший red.media, попал в черный список ЕС в прошлом году за «систематическое распространение ложной информации о политически спорных темах с намерением посеять этническую, политическую и религиозную рознь среди преимущественно немецкоязычной аудитории».
Догру, судя по всему, обладает всеми типичными предрассудками антиизраильского лагеря, а его издание ЕС обвиняет в распространении нарративов ХАМАС. За эти «речевые преступления» он, его жена и трое малолетних детей вынуждены жить на зарплату €506 в месяц. Счета жены также заморожены.
Санкционный режим ЕС возлагает на отдельных лиц последствия, меняющие жизнь, но не подчиняется обычной уголовной процедуре. По сути, речь о бюрократическом наказании, налагаемом независимо от признанных правовых систем. И ввиду внесудебного характера полномочий для пострадавших нет возможностей защитить себя в правовом поле. Очевидно, что тот, чьи банковские счета заморожены, не может позволить себе расходы на судебный иск.
Многим нелегко сочувствовать защитникам ХАМАС и российским пропагандистам, но здесь важен именно принцип. Эти полномочия не только беспрецедентны и сопровождаются максимально хлипкими правовыми и демократическими гарантиями — они являются составляющей тревожной тенденции, под которую может попасть почти кто угодно.
Санкции нацелены на тех, кто «поддерживает или иным образом содействует использованию скоординированных информационных манипуляций и вмешательства». Но это ловушка, в которую может попасть любой критик ЕС — по крайней мере, по мнению председателя Еврокомиссии Урсулы фон дер Ляйен. В сентябрьском послании о положении союза она свалила в одну кучу «ультранационалистов или антиевропейцев» (то есть евроскептические популистские партии) вместе с «российским вмешательством и дезинформацией». «Названия могут быть разными, но цель у них одна», — заявила она. Вектор движения, подстегнутый такими инициативами ЕС, как «Щит демократии», означает, что любой, кто возражает против брюссельского консенсуса, вскоре может оказаться в одной категории с российскими пропагандистами.
Никто не отрицает, что наши противники — будь то Россия или ХАМАС — стремятся сеять рознь, распространять дезинформацию и подрывать демократию. Но величайший подарок, который эти враги могут получить, — это то, как европейских граждан подвергают санкциям за одни лишь «речевые преступления». ЕС, похоже, решительно настроен показать себя врагом европейской демократии.
Автор — Джейкоб Рейнольдс (Jacob Reynolds)





