Честный медицинский эксперт задает канцлеру Германии пять разрушительных вопросов о ее политике бессмысленной изоляции от коронавируса.
Доктор Сучарит Бхакди, почетный профессор медицинской микробиологии Майнцского университета имени Иоганна Гутенберга, опубликовал вирусное видео, в котором он спокойно объяснил, почему общенациональные блокировки являются “коллективным самоубийством”.
Теперь он написал открытое письмо канцлеру Ангеле Меркель, где задает неудобные вопросы.
Открытое письмо
Дорогой Канцлер,
Как почетный профессор университета Иоганна-Гутенберга в Майнце и давний директор Института медицинской микробиологии, я считаю своим долгом критически осмыслить далеко идущие ограничения на общественную жизнь, которые мы в настоящее время принимаем на себя, чтобы уменьшить распространение вируса COVID-19.
В мои намерения явно не входит преуменьшать опасность вируса или распространять политические идеи. Однако я считаю своим долгом внести научный вклад в рассмотрение текущих данных и фактов в перспективе – и, кроме того, задавать вопросы, которые рискуют затеряться в жарких дебатах.
Причина моей озабоченности заключается, прежде всего, в действительно непредсказуемых социально-экономических последствиях радикальных мер сдерживания, которые в настоящее время применяются в значительной части Европы и которые уже широко практикуются в Германии.
Мое желание состоит в том, чтобы критически и с необходимой предусмотрительностью обсудить преимущества и недостатки ограничения общественной жизни и вытекающие из этого долгосрочные последствия.
С этой целью я поднимаю пять вопросов, на которые до сих пор не было дано достаточного ясного ответа, но их необходимом рассмотреть для сбалансированного анализа.
Я хотел бы попросить вас быстро прокомментировать и в то же время обратиться к федеральному правительству с призывом разработать стратегии, которые эффективно защищают группы риска, не ограничивая общественную жизнь по всем направлениям, и посеять семена для еще более интенсивной поляризации общества, чем это уже происходит.
С величайшим уважением,
Рrof. Д-р мед. Sucharit Bhakdi
* * *
1. Статистика
В инфектологии, основанной самим Робертом Кохом, традиционно проводится различие между инфекцией и болезнью. Болезнь требует клинического проявления. Поэтому только пациенты с такими симптомами, как лихорадка или кашель, должны быть включены в статистику как новые случаи заболевания.
Другими словами, новая инфекция, измеренная с помощью теста КОВИД-19, не обязательно означает, что мы имеем дело с недавно заболевшим пациентом, которому нужна больничная койка. Однако в настоящее время предполагается, что пять процентов всех инфицированных людей серьезно заболевают и нуждаются в вентиляции легких. Прогнозы, основанные на этой оценке, предполагают, что система здравоохранения может быть перегружена.
Мой вопрос:
Проводилось ли в этих прогнозах различие между инфицированными людьми без симптомов и реальными больными пациентами-то есть людьми, у которых развиваются симптомы?
2. Опасность
Целый ряд коронавирусов циркулирует уже давно – в основном незаметно для средств массовой информации. Если окажется, что вирусу COVID-19 не следует приписывать значительно более высокий потенциал риска, чем уже циркулирующим коронавирусам, то все контрмеры, очевидно, станут ненужными.
Всемирно признанный международный журнал противомикробных средств вскоре опубликует статью, в которой будет рассмотрен именно этот вопрос. Предварительные результаты исследования можно увидеть уже сегодня и прийти к выводу, что новый вирус не отличается от традиционных коронных вирусов по степени опасности. Авторы выражают это в названии своей статьи „ SARS-CoV-2: Страх против данных».
Мой вопрос:
Как нынешняя загруженность отделений интенсивной терапии с пациентами с диагностированным COVID-19 сопоставима с другими коронавирусными инфекциями и в какой степени эти данные будут учитываться при принятии дальнейших решений федеральным правительством? Кроме того: было ли до сих пор учтено вышеупомянутое исследование при планировании? Здесь тоже, конечно, понятие «диагноз» означает, что вирус играет решающую роль в состоянии болезни пациента, а не то, что предыдущие болезни играют большую роль.
3. Распространение
Согласно отчету в Süddeutsche Zeitung, даже много цитируемый институт Роберта Коха не знает точно, сколько тестируется на COVID-19. Однако в последнее время в Германии наблюдается быстрый рост числа случаев заболевания по мере увеличения объема анализов.
Поэтому вполне резонно предположить, что вирус уже незаметно распространился среди здорового населения. Это будет иметь два последствия: во – первых, это будет означать, что официальный уровень смертности – например, на 26 марта 2020 года было 206 смертей от примерно 37 300 инфекций, или 0,55 процента-слишком высок; и во-вторых, это будет означать, что вряд ли удастся предотвратить распространение вируса среди здорового населения.
Мой вопрос:
Существует ли уже случайная выборка здорового населения в целом, чтобы подтвердить реальное распространение вируса, или это планируется в ближайшем будущем?
4. Смертность
Страх перед повышением уровня смертности в Германии (в настоящее время 0,55 процента) сейчас является предметом особенно пристального внимания средств массовой информации. Многие люди обеспокоены тем, что уровень может взлететь, как в Италии (10 процентов) и Испании (7 процентов), если вовремя не принять меры.
В то же время во всем мире совершается ошибка сообщать о смерти, связанной с вирусом, как только будет установлено, что вирус присутствовал в момент смерти. И делается это независимо от других факторов. Это нарушает основной принцип инфектологии: диагноз может быть поставлен только тогда, когда есть уверенность, что тот или иной агент сыграл значительную роль в развитии болезни или смерти. Ассоциация научных медицинских обществ Германии прямо пишет в своих руководящих принципах: «В дополнение к причине смерти должна быть указана причинно-следственная цепочка, причем соответствующее основное заболевание занимает третье место в свидетельстве о смерти. Иногда необходимо также указать четыре взаимосвязанные причинно-следственные цепочки“.
В настоящее время нет никакой официальной информации о том, проводились ли, по крайней мере, в ретроспективе, более критические анализы медицинских записей для определения того, сколько смертей на самом деле было вызвано вирусом.
Мой вопрос:
Неужели Германия просто следовала этой тенденции общего подозрения КОВИДА-19? И: предполагается ли продолжать эту классификацию некритично, как и в других странах? Как же тогда проводить различие между подлинными смертями, связанными с коронавирусом, и случайным присутствием вируса в момент смерти?
5. Сопоставимость
Ужасающая ситуация в Италии неоднократно использовалась в качестве эталонного сценария. Однако истинная роль вируса в этой стране совершенно неясна по многим причинам – не только потому, что пункты 3 и 4 выше также применимы здесь, но и потому, что существуют исключительные внешние факторы, которые делают эти регионы особенно уязвимыми.
Одним из таких факторов является повышенное загрязнение воздуха на севере Италии. По оценкам ВОЗ, эта ситуация, даже без учета вируса, привела в 2006 году к более чем 8000 дополнительным смертям в год только в 13 крупнейших городах Италии. [7] С тех пор ситуация существенно не изменилась. [8] наконец, было также показано, что загрязнение воздуха значительно повышает риск вирусных заболеваний легких у очень молодых и пожилых людей. [9]
Более того, 27,4 процента особо уязвимых слоев населения в этой стране живут с молодыми людьми, а в Испании — целых 33,5 процента. В Германии этот показатель составляет всего семь процентов [10]. Кроме того, по словам профессора д – ра Рейнхарда Буссе, заведующего кафедрой менеджмента в здравоохранении Берлинского университета, Германия значительно лучше оснащена, чем Италия, в плане отделений интенсивной терапии — примерно в 2,5 раза [11].
Мой вопрос:
Какие усилия предпринимаются для того, чтобы население осознало эти элементарные различия и чтобы люди поняли, что сценарии, подобные тем, что существуют в Италии или Испании, здесь нереалистичны?
* * *
Это неофициальный перевод; смотрите оригинал письма на немецком языке в формате PDF.
