Земля скрывает тайны, о которых поверхностный мир не смеет и догадываться. История одного китайского горняка поставила в тупик медиков, следователей и даже военных.
Пять лет считавшийся погибшим, он явился домой с зубами, выросшими заново, лёгкими, свободными от смертельной болезни, и мешком необработанных изумрудов. Его рассказ о народе, живущем в пятнадцати километрах под нашими ногами самая невероятная история, которую когда-либо слышало человечество.
Февральским днём 2003 года в угольной шахте близ города Цзиси, в провинции Хэйлунцзян, небо над землёй не дрогнуло. Но под землёй всё рухнуло. Порода сомкнулась за спинами четырнадцати горняков, как створки гигантской ловушки. Владелец шахты молчал — целые сутки, вторые, третьи. Он отрицал катастрофу, словно надеялся, что подземная бездна рассосётся сама. Только когда родственники, почуяв неладное, пробились к чиновникам, правда вышла наружу: четырнадцать человек пропали без вести.
Спасатели извлекли тела двенадцати. Двое, Ван Ху и Лао Пен, остались за стеной обрушения, которую признали слишком опасной для разбора. Шахту запечатали. Хозяина отправили за решётку. Семьям выплатили компенсации. Жизнь продолжилась. Время шло, и имена пропавших горняков стали просто строчками в архивных делах.
А затем, через пять лет, дверь дома, где Ван Ху давно уже считали мёртвым, открылась. Он вошёл сам.
ЧЕЛОВЕК, КОТОРОГО НЕ МОГЛО БЫТЬ
Жена снова вышла замуж. Дети разъехались. Ван Ху, выслушав это с каменным спокойствием, купил новый дом и принялся за огород. Но власти быстро заинтересовались: как вышло, что родные пять лет незаконно получали компенсацию за живого человека? И главное — почему он не дал о себе знать ни раньше, ни позже? Где он пропадал все эти годы?
Ответ горняка заставил следователей переглянуться. Ван Ху заявил, что готов вернуть каждую копейку. А те пять лет… он провёл среди могучих Ктонов — народа, что обитает в недрах Земли.
Его отправили на психиатрическую экспертизу. Вердикт врачей оказался обескураживающим: Ван Ху совершенно здоров. И рассудок его ясен. А рассказ о подземных жителях — не более чем «фантазия здравого ума». Но тут же медики столкнулись с загадкой, которая не укладывалась в их учебники.
ЛЁГКИЕ, КОТОРЫЕ ИСЦЕЛИЛИСЬ
До катастрофы Ван Ху болел антракозом — чёрной болезнью шахтёров, когда угольная пыль въедается в лёгкие, превращая их в камень. Эта болезнь не отступает. Она лишь прогрессирует, и случаи полного излечения медицине неизвестны. Пять лет назад у Ван Ху была начальная стадия. Ещё немного — и он навсегда распрощался бы с профессией, если хотел просто жить.
Вернувшийся горняк не имел ни единого признака лёгочной патологии.
Будто кто-то выскоблил изнутри каждую чёрную крупицу. Будто лёгкие заменили на новые.
Но это было не всё. Когда-то у Ван Ху оставалось двадцать пять зубов. С возрастом их число только уменьшается. А у него прибавилось — целых тридцать два, полный комплект. Его организм соответствовал возрасту двадцати шести — двадцати восьми лет. Хотя паспорт утверждал: ему тридцать девять.
Где же он был? Что с ним там случилось?
ДЕНЬГИ И ИЗУМРУДЫ ИЗ-ПОД ЗЕМЛИ
Спецслужбы проверили счета горняка. В апреле 2008 года, за две недели до возвращения, на его имя поступило около сорока тысяч юаней наличными. При негласном обыске нашли ещё больше десяти тысяч и — самое странное — партию необработанных изумрудов, оценённую более чем в триста тысяч юаней.
Первая версия: шпион. Агент иностранной разведки, внедрённый под легендой воскресшего горняка. Но зачем агенту в Цзиси? Десятки миллионов китайцев ежегодно пересекают границы — вербовать агентуру куда проще, чем разыгрывать спектакль с пятилетним исчезновением.
Ван Ху сам рассказал, что продал изумруды ювелиру в Шанхае. Их он добыл там же, где и провёл эти годы — у Могучих Ктонов.
Пришлось читать его рукопись.
ПУТЬ ВНИЗ
Вот что поведал горняк.
После обвала они с Лао Пеном трое суток ждали помощи, но не слышали ни звука бурения. Хозяин шахты в те дни и не начинал спасательных работ. Еда кончилась быстро, воды же вокруг было достаточно. И тогда они решились: двинулись по старым штрекам, в глубь, туда, где уголь выбран ещё тридцать лет назад.
Один ход вёл вниз. Они пошли по нему.
И там, во тьме, на них напали. Странные люди — ростом едва до пояса самому высокому из нападавших (а Ван Ху невелик, метр шестьдесят два). Несмотря на малый рост, сила у этих существ оказалась страшной: обоих шахтёров скрутили и пленили. Но никто их не пытал и не мучил. Напротив — накормили досыта и повели дальше.
Всё ниже. И ниже.
ПЯТНАДЦАТЬ КИЛОМЕТРОВ ПОД НОГАМИ
Сам Ван Ху считает, что они спустились примерно на пятнадцать километров. Геология учит, что там должны быть невыносимые температуры и смертельный воздух. Но он клянётся: было сносно, тепло, но не жарко, и дышалось легко.
Там, на этой глубине, существует система пустот — линз, связанных ходами. Диаметр некоторых достигает трёх тысяч шагов, высота сводов — более трёхсот метров. Днём (если там можно говорить о дне) потолки пещер излучают слабое оранжевое свечение. Возможно, его порождает поток солнечной энергии, проникающий сквозь толщу земной коры каким-то неизвестным земной науке способом. Привыкший к этому сиянию глаз различает всё, вплоть до возможности читать.
В этих пещерах живут Ктоны. До тысячи существ в одной линзе — и Ван Ху не сомневается: это люди. Иной вид человеческий, иной народ, спрятанный от солнечного света на километры горных пород.
СТРАНА БЕЗ БОЛЕЗНЕЙ И ГОЛОДА
Язык Ктонов не похож на китайский, но, как объяснил Ван Ху, он прост. За месяцы плена (как они сначала считали) горняки освоили его настолько, что могли свободно говорить. И тогда выяснилась удивительная вещь: их никогда не считали пленниками.
Ктоны полагают, что жизнь на поверхности — это великое несчастье. Появление двух людей из верхнего мира они истолковали иначе: те беглецы из страданий, ищущие проход в лучшую землю. В их царстве не знают голода. Не знают болезней.
Основная пища — плесень, растущая на стенах пещер в изобилии. Вкус у неё своеобразный и даже приятный. Но главное — она дарует невероятную пользу. Ван Ху и Лао Пен ощутили прилив сил — и умственных, и физических. А затем произошло нечто, что повергло в изумление врачей на поверхности: у обоих начали расти новые зубы.
У Ктонов это норма. Их зубы обновляются каждые двадцать — двадцать пять лет. И так всю жизнь. А живут подземные люди редко меньше двухсот лет. Часто — значительно больше.
БРОНЗА, ЗОЛОТО И МОНАРХИЯ В ГЛУБИНЕ
Ктоны знают металлургию, но железо используют редко. В ходу бронза, серебро и золото. Роскоши они не признают. Каждая вещь — на счёту, бережётся и служит долго. Ткань и прочную бумагу изготавливают из разных видов той самой плесени. Физически средний ктон не уступает среднему мужчине с поверхности — несмотря на крошечный рост.
Общество их устроено как царство. В буквальном смысле. Строй монархический, и слово «царство» здесь не метафора.
Ван Ху обзавёлся в подземном мире женой, затем появились дети. Он прожил среди Ктонов полноценную жизнь. Но тоска по солнцу — по настоящему свету, по небу над головой — оказалась сильнее. Ктоны не удерживали, хотя и отговаривали неназойливо, по-доброму. Нашлись проводники-добровольцы. Они вывели его к одной из Великих Китайских Пещер, где существует лаз, соединяющий царство Ктонов с поверхностью.
ЧТО СЛУЧИЛОСЬ С ЛАО ПЕНОМ?
Ван Ху не говорит, что его товарищ погиб. Он говорит, что Лао Пен остался. С женой, детьми, среди народа, который не знает болезней и живёт сотни лет.
ПОЧЕМУ ВОЕННАЯ БАЗА?
Официально Ван Ху признали сумасшедшим. Но его не отправили в провинциальную лечебницу для душевнобольных. Его поместили на военную базу. Факт сам по себе необъяснимый, если речь действительно идёт лишь о «фантазиях здравого ума».
Китайские власти, похоже, отнеслись к истории горняка куда серьёзнее, чем могут позволить себе признать. Что они нашли на той глубине? Кого встретили? И главное — сколько ещё таких ходов ведёт вниз, в царство бессмертных подземных людей?
История Ван Ху обрывается на этом вопросе. Ответа нет. Есть лишь он сам — человек, который должен был умереть от чёрной болезни ещё пять лет назад, но вернулся с зубами юноши и лёгкими младенца. Человек, который принёс изумруды из-под земли. Человек, которого держат на военной базе, а не в психушке.
Может быть, потому что его рассказ — не бред? Может быть, потому что под нашими ногами, на глубине пятнадцати километров, действительно живёт другой народ, и он смотрит на нас снизу, жалея о том, какую ношу мы несём под солнцем?
И ещё один вопрос, тихий и тревожный: что происходит, когда ход из царства Ктонов открывается не только для одного шахтёра?
