Нажмите "Enter" для перехода к содержанию

The Economist: Почему ЕС не станет накладывать арест на российские государственные активы с целью восстановления Украины

ЕС пока не может достичь согласия по конфискации российских активов и передаче их Украине. Это связано с юридическими вопросами и возражениями Берлина. В Европе также опасаются, что изъятие активов ЦБ России может пошатнуть доверие к евро как мировой валюте.

ЕС опасается создания прецедента подрыва государственного иммунитета, закрепленного международным правом.

«Грабители банков не должны рассчитывать на то, что банки будут уважать их сейфы», — так писали Ларри Саммерс (Larry Summers), бывший министр финансов США, и его соавторы в недавней статье, где приводятся аргументы в пользу наложения ареста на российские активы на западных счетах. Только в ЕС заморожено более 200 миллиардов евро активов Центрального банка РФ. Политики восточных стран блока, не говоря уже об Украине, хотят использовать их для оплаты ущерба, причиненного вводом российских войск на Украину. Проблема заключается в том, что в соответствии с международным правом не существует четкого способа конфискации этих активов без голосования в Совете Безопасности ООН, решения Международного суда ООН (МС ООН) или послевоенного урегулирования. Каждый из этих вариантов требует согласия России.

Последней об этом узнала ни кто иной, как председатель Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен. Выступая 21 июня в Лондоне на ежегодной конференции по восстановлению Украины, она заявила, что ее комиссия, исполнительный орган блока [стран ЕС], до лета подготовит предложение по использованию замороженных активов России. В то же время послы из 27 стран-членов ЕС тщательно обдумывали правовую оценку этого вопроса, которую дала Швеция, председательствующая в ЕС на ротационной основе. По мнению многих присутствовавших за столом, юридические препятствия будут весьма серьезными.

Примерно через неделю лидеры стран ЕС посоветовали комиссии ограничить любое предложение тем, что является юридически возможным: взиманием налога на непредвиденный доход с частных фирм — держателей замороженных российских активов и, соответственно, получающих от них прибыль. По сообщениям прессы, даже этот план вызывает настолько сильные споры среди стран-членов, что рассмотрение предложения было отложено на осень. Европейский центральный банк (ЕЦБ) также имеет серьезные сомнения по этому вопросу.

С юридической точки зрения, по мнению экспертов, план вполне логичен. Euroclear, частная расчётно-клиринговая палата и депозитарий ценных бумаг в Бельгии, была вынуждена прекратить все платежи в Россию из-за санкций. В настоящее время на ее счетах хранятся активы и денежные средства на сумму почти 200 миллиардов евро. Меньшие суммы заморожены на счетах аналогичных фирм в других странах. Эти вклады приносят прибыль: в случае с Euroclear — 720 миллионов евро до налогообложения только за первый квартал 2023 года. Эта прибыль может быть обложена более высоким налогом — по ставке, приближающейся к 100%, — чтобы получить доход. Расчетно-клиринговая палата могла бы оставлять себе часть прибыли, для компенсации расходов на управление денежными средствами (которые, по данным Euroclear, составили 9 миллионов евро за первые три месяца 2023 г.) и для покрытия иных повышенных требований к достаточности капитала, устанавливаемых финансовыми регуляторами.

Тем не менее ЕЦБ и некоторые министры финансов опасаются за репутацию евро. По их мнению, любые действия против активов Центрального банка России могут пошатнуть доверие к евро и европейским государственным облигациям в качестве средства сбережения со стороны центральных банков во всем мире. По крайней мере, считают они, Европа должна действовать в тандеме с другими государствами «Большой семерки», клубом богатейших демократий мира, чтобы убедиться, что репутационные потери разделят также и другие страны.

Критики позиции ЕЦБ утверждают, что определенный ущерб репутации уже нанесен: резервы стали бесполезными для России, когда их заморозили. Страны «Большой семерки» четко обозначили свою позицию 12 июля: активы будут заморожены до тех пор, пока Россия не заплатит за ущерб, нанесенный Украине, что дает стимул России для урегулирования конфликта. Утверждается, что использование доходов от активов является небольшим дополнительным ущербом. Если члены «Семерки» придут к согласию, то комиссия, вероятно, представит предложение после окончания лета.

Выдвигались и другие идеи. ЕС мог бы попытаться добиться более высокой доходности активов, например, потребовать от частных компаний, владеющих российскими средствами, вложить их в более высокодоходные инвестиции, а прибыль перевести в фонд ЕС. Однако этот вариант был снят с рассмотрения: юридические риски высоки, поскольку ЕС принимало бы более активное участие в управлении российскими активами. В случае убытков по инвестициям европейские налогоплательщики могли бы попасть в неловкую ситуацию, оказавшись ответственными за возмещение ущерба, понесенного российским Центральным банком.

Евросоюз решительно отверг более радикальные предложения. Наложение ареста на российские активы в одностороннем порядке было бы явным нарушением международного права. Государства обладают юрисдикционным иммунитетом относительно других стран и экспроприации их собственности для погашения долгов. Согласно международному праву, санкции в отношении России допустимы только как средство побудить ее действовать иначе. Простая конфискация активов выходит за рамки действий, допустимых международными правилами. «Правила о контрмерах имеют тонкий баланс между тем, что государствам должно быть позволено делать для защиты себя и своих прав, и риском злоупотреблений, особенно со стороны могущественных держав”, — считает Федерика Паддеу (Federica Paddeu) из Кембриджского университета. Такие меры должны быть временными, по возможности обратимыми и служить средством изменения поведения, а не наказанием, добавила она.

Подобная щепетильность особенно важна для ЕС — клуба, основанного на правилах. В условиях геополитической борьбы между Америкой и Китаем, когда международные нормы, похоже, имеют все меньшее значение, ЕС стремится защищать их там, где это возможно. В своих последних попытках стать менее зависимыми от Китая европейские политики стараются найти меры, соответствующие правилам мировой торговли. Отбросив прочь благородство, государственный иммунитет защищает самую большую страну ЕС, Германию, от претензий со стороны жертв нацистской оккупации. Десять лет назад Международный суд ООН постановил, что итальянские и греческие суды не могут присуждать истцам по таким делам имущество правительства Германии. Маловероятно, что Берлин согласится на подрыв государственного иммунитета. Обложение налогом частных доходов от активов Кремля может показаться слишком малым для украинцев и других людей, возмущенных жестокостями России. Но это самое большее, на что готов пойти Евросоюз.

Эта статья была опубликована в разделе «Европа» печатного издания журнала The Economist под заголовком «Приходите и забирайте их — если сможете».

Источник