Нажмите "Enter", чтобы перейти к контенту

Мнение: ОБСЕ переживает системный кризис и не справляется со своими задачами

ОБСЕ, судя по множащимся кризисам в Евразии, явно не справляется со своей ролью и задачами.

2020-й год оказался крайне сложным для целого ряда международных институтов и организаций. Среди главных «неудачников» — ОБСЕ, которая, судя по множащимся кризисам в Евразии, явно не справляется со своей ролью и задачами

Нынешний год характеризуется пиком напряжённости в борьбе между истеблишментом и новыми популистами, ключевым событием которой станут предстоящие президентские выборы в США. Объектами этого ожесточённого противостояния за умы и симпатии избирателей являются, среди прочего, международные организации, долгие годы остававшиеся глобальными непререкаемыми авторитетами в сферах, соответствующих их профилю.

Однако и этот островок стабильности входит в кризисное состояние под напором современной политической конъюнктуры. К примеру, специфическая политика Дональда Трампа негативно сказалась на функциональности Всемирной организации здравоохранения, а также внесла разлад в обыкновенно стройные и дисциплинированные ряды НАТО из-за споров о бюджетном финансировании военных расходов.

Неопределённость судьбы глобальных механизмов негативно отразилась и на такой значимой организации как ОБСЕ, ответственной за предотвращение и администрирование вооружённых конфликтов на европейском пространстве. Кризисы, сложившиеся под влиянием объективных факторов, никак не зависящих от усилий ОБСЕ, тем не менее, обнажили отсутствие видения, гибкости и умения реагировать на ухудшение ситуации, в том числе превентивными методами.

Из-за неспособности действующего председательства Албании в ОБСЕ добиться участия представителей Бюро по демократическим институтам и правам человека (БДИПЧ) в мониторинге президентских выборов в Беларуси не удалось зафиксировать и довести до международного сообщества верифицированную информацию о нарушениях электорального процесса. Фактически обезглавленная арестами оппозиция вынуждена теперь самостоятельно оспаривать итоги выборов без опоры на компетентное мнение профильных общеевропейских институтов. Проигнорированные Беларусью попытки ОБСЕ осуществить визит в страну для встреч с руководством правительства и представителями оппозиции свидетельствуют о довольно несерьёзном отношении официального Минска, добившегося эвакуации полевого присутствия ОБСЕ ещё в 2013 году, к позиции организации.

Что характерно, организация рискует столкнуться с аналогичными трудностями на президентских выборах в Молдове. В этот раз представители БДИПЧ не приедут в Молдову формально по причине пандемии COVID-19, с которой Кишинев объективно не справляется. Однако многие молдавские эксперты восприняли жест Вены с тревогой — как индикатор подготовки к непризнанию итогов народного волеизъявления в РМ. К чему приведет такой подход, судить затруднительно. Но факт в том, что ОБСЕ поспешила заблаговременно минимизировать своё легитимное участие в поствыборных процессах в Молдове. То ли не желая ассоциироваться с молдавскими выборами, то ли открывая дорогу другим, более влиятельным, акторам.

К примеру, в Кыргызстане, несмотря на чрезвычайную ситуацию в здравоохранении, БДИПЧ ОБСЕ 7 сентября всё же открыло ограниченную миссию по наблюдению за парламентскими выборами, которые состоялись 4 октября. Это позволило обеспечить весомость последующих умиротворяющих призывов Албанского председательства ОБСЕ, востребованность посредничества программного офиса организации в Бишкеке и последующий властный транзит с затуханием силовой фазы противостояния. Однако Кыргызстан стал скорее исключением из правила, обусловленным самостоятельной логикой борьбы северных и южных кланов за власть.

Что касается т.н. «замороженных конфликтов», то тут Организация по безопасности и сотрудничеству в Европе находится в весьма затруднительном положении. Ограниченный прогресс в деле сербско-косовского урегулирования является заслугой администрации президента США Дональда Трампа и в некотором смысле специального представителя Европейского союза. ОБСЕ давно отстранена от политической стороны переговоров Белграда и Приштины и занята мелкими, чуть ли не административными вопросами.

Зато Минская группа ОБСЕ, совершенно очевидно, оказалась не способна предвидеть и добиться прекращения очередного обострения в Нагорном Карабахе. Боевые действия там длятся уже более месяца с вовлечением иностранных прокси, а также многочисленными разрушениями и тысячами жертв. Многократно объявленное перемирие не работает, а участники Минской группы действуют разобщённо, решая собственные задачи. Урегулирование не просматривается, к тому же сам исторически сложившийся переговорный формат может оказаться разрушен. Вовлечение Турции, наращивающей своё региональное влияние без особого пиетета перед принципами ОБСЕ, в процесс разрешения конфликта представляется лишь вопросом времени.

Трёхсторонняя контактная группа по конфликту на востоке Украины работает регулярно, несмотря на свою традиционную скандальность. Режим прекращения огня в целом соблюдается, во многом благодаря внутриполитической ситуации. Его устойчивость будет проверена в самое ближайшее время, учитывая завершение цикла местных выборов в Украине и неубедительные результаты партии власти «Слуга народа» и её выдвиженцев.

51-й раунд женевских дискуссий по Закавказью организовать не удалось. Он был запланирован на начало октября, однако не все делегации смогли его посетить, что привело к переносу. Очевидно, что происходящее не входило в планы ОБСЕ, заявившей по итогу о критической важности встреч лицом к лицу для предотвращения инцидентов в области безопасности и решения гуманитарных задач, особенно в условиях тяжёлой ситуации с COVID-19.

В Молдове ОБСЕ, однако, действует иначе, не настаивая на проведении раунда постоянной конференции «5+2». К концу октября определённость в том, состоится ли хоть одно заседание под председательством Албании, отсутствует. Также нет никаких слухов о проведении ежегодной обзорной конференции по мерам укрепления доверия в Германии. Зато ОБСЕ высказывалось в поддержку проходящей с подачи Москвы летней встречи лидеров Игоря Додона и Вадима Красносельского, в которой представители организации участия не принимают. И которая содержит ту же повестку, которой призвана заниматься именно ОБСЕ в формате «5+2» и его производных.

Значит ли это фактический отказ ОБСЕ от посредничества в переговорах Кишинёва и Тирасполя (а резонансных поводов в текущем году было достаточно), сказать трудно. Но совершенно очевидно, что там, где один из участников не исполняет свою миссию, на его место обязательно приходит кто-то другой — и его намерения могут быть крайне далекими от интересов обеих сторон конфликта.

Автор — Антон ШВЕЦ

Источник